– Да в сущности, какая разница? – пожал я плечами. – Неприятно, конечно, но ведь эти твари уничтожаются так же, как и обычные зомби. Так что…

– Нет, – возразил Дрианн. – Это важно. Ведь он превращает в нежить наших солдат. Для чего?

– Хороший вопрос, – задумчиво протянул Артфаал. – Но меня больше волнует проблема безопасности моих учеников. В конце концов зомби может оказаться слишком много, либо неизвестный чародей их еще усовершенствует. Так что попытайтесь в следующий раз одну из тварей не уничтожать, а связать и допросить.

– Думаете, они и разговаривать умеют? – поразился Дрианн.

– Вполне возможно. Но если и нет, пусть барон прочтет его.

Мысль о чтении покойника меня не порадовала. Но, видно, выхода не было.

Мы просидели у костра до рассвета, дав остальным ребятам возможность выспаться. Артфаал уютно свернулся клубком у меня на коленях и сладко похрапывал, а мы разговаривали. Под конец решили, что поймать одного зомби необходимо.

– Понимаешь, странно все это, – говорил Ом, – не могут гунганы ни с того, ни с сего научиться новым штучкам. И потом, подумай, как мы возвращаться будем. К тому времени, может, весь континент будет сплошь покрыт нежитью. Завязнем.

– И что ты предлагаешь?

– Узнаем, откуда они приходят, зомби эти, и сообщим полковнику. Пусть делает зачистку.

– Как мы ему сообщим?

– Придумаем что—нибудь.

Если бы мы знали, как скоро придется приступать к выполнению нашего плана, и какие коррективы будут в него внесены!

С первыми лучами рассвета я скомандовал подъем, и мы продолжили свой невеселый путь через джунгли. Я озирался в поисках зомби, но как назло до самого привала ни один мертвяк нам не встретился.

– Ничего, – утешал Добб, – дело наживное. Того, этого, зомби – они как комары, к закату налетят.